В год 95-летия «Ачитской газеты» в редакцию обращаются наши читатели, предлагают темы публикаций и даже новые рубрики. Особенно ценны материалы, которые присылают в газету наши «народные» корреспонденты, старожилы помнят, что называли их рабселькорами.
Башкирцева Татьяна Михайловна, ветеран педагогического труда, автор краеведческих материалов по истории Зари, Ялыма, о знатных земляках, тружениках тыла и фронтовиках Великой Отечественной войны.
Думаем, история, присланная ею, будет интересна и познавательна для наших читателей. Публикуем авторский текст без изменения.
ДВЕ ВАЛЕНТИНЫ
Мои героини — две тезки, уроженки села Ачит, ровесницы и современницы: Селиванова Валентина Андреевна и Федорович Валентина Михайловна. Обе 1936 года рождения. Исполняется обеим в год юбилея газеты по девяносто лет.
Поводом рассказа о них стала школьная фотография 1946 года, на которой запечатлены учащиеся 4-го класса, бережно сохранившаяся у Валентины Андреевны Селивановой. Из всех учеников этого класса 2026 год встретили только эти одноклассницы (а еще Лесникова (в девичестве) Августа, проживающая в Ачите, присоединилась к их классу позже, она с 1934 года рождения).
Валентина Андреевна родилась 20 апреля в семье Шистеровых Андрея Лаврентьевича и Надежды Ивановны (в дев. Шубина). Валентина Михайловна — 24 июля, в семье тоже коренных ачитцев, Кокотовых Михаила Порфирьевича и Анны Васильевны (в дев. Митюхляева).
Жили семьи на одной улице Кривозубова. В 1 класс Ачитской школы, что находилась в деревянном здании по улице Ленина, сгоревшем позже, им пришлось идти в суровом военном 1943 году. И в школу их родители не провожали: матери с утра пораньше уже работали в колхозе, а отцы воевали.
Страшновато было идти девчушкам в школу, боязно, но, увлекаемые ватагой учеников, идущих 1 сентября от конца улицы Кривозубова, разрастающейся, как снежный ком, они осмелели и с ожиданием чуда тоже заторопились.
Было голодно, не у всех была обувка, школьной формы совсем не было. Сшитые матерями платьишки для школы берегли. Однако обе до сих пор, а им нынче исполнится 90 лет, с восхищением вспоминают первого учителя — Павлова Николая Трифоновича.
Да, именно мужчина и стал их наставником, воспитателем! Он, по словам Валентин, был удивительно добрым, спокойным и мягким, самым лучшим учителем. Во время отсутствия отцов, ушедших на фронт Великой Отечественной войны, он стал прообразом отца для семилетних и чуть постарше девчонок и мальчишек 1 класса. В теплое время года некоторые, особенно мальчики, приходили на занятия и праздники босиком: достать обувь было негде, например, Витя Калинин пришел на выпускной из 4 класса босым. Зимой умудрялись шить из рваных фуфаек типа стеганых сапожек, чтобы спасти ноги от сильных в то время морозов, а если повезет – валенки.
В школу дети шли не только за знаниями, а еще потому, что там их кормили, пусть жидкой, без масла кашей или похлебкой с куском хлеба. Дома с жадностью ждали сваренной в чугунке картошки и, с радостью, заварихи – это кипятком заваренная мука, забеленная коровьим или козьим молоком (у кого было!)
В многодетных семьях дети голодали, хотя матери отдавали им свой последний кусок. В колхозе работниц тоже подкармливали. В обед давали суп, обычно с крупой и капустой и 2-3 кубиками картошки, чаще — гороховый, ему радовались больше, так как разваренный горох настаивался и загустевал, его можно было резать, как студень, и положенный кусок хлеба.
Все женщины только пригубляли еду, оставляя на вечер детишкам, и везли в каких-то кастрюльках, бидонах. Польки (так называли ачитские колхозные поля) были далеко от самого Ачита, добирались к вечеру на подводах по тряской дороге, от чего жидкий суп расплескивался. А дома ждали голодные дети. Они обе помнят, как ждали весну, чтобы появилась первая крапива, можно было нарвать «пистиков» – молодых побегов хвойных деревьев, употребляемых, после очистки острых игл, с привкусом сосны, в пищу. Ждали и лета — с урожаем дикой редьки, которую ели охапками. Приходило время пиканов, земляники, черемши, луковиц саранок, хвоща.
В огороде манили хвостики вкусной моркови, но ее рвать без спросу матери было нельзя, на зиму могло ничего не вырасти.
Валентина Михайловна вспоминает, как ее сестра Тамара, постарше на 2 года, писала отцу на фронт письмо и, чтобы не сгустить картину полуголодной жизни, написала: «Папа, мы живем хорошо, только у нас нет картовок!»
Но дети во все времена остаются оптимистами. Они с радостью играли в те игры, которым их научил Николай Трифонович, пели песни, танцевали на редких классных или общешкольных вечерах польку, вальс, водили хороводы.
Дома, в большинстве предоставленные сами себе или под присмотром старших братьев и сестер, строили «клетки», что-то наподобие комнаты с лавочками, отыскивали красивых форм гальки, стеклышки и радовались, что могут ходить в гости друг к другу, удивлять какими-то причудливыми находками, например, весной — прозрачной ледяной статуэткой-сосулькой с обочины дороги. Николай Трифонович умел хвалить так искренне, что похвалу хотелось заслужить снова. Он умел поддержать тех детей, в дом которых приходили похоронки на отца или брата.
Обе Валентины отличались хорошими природными способностями, учились старательно. Матери не могли помочь в учебе в силу их непомерной физической усталости на работе в колхозе и дома.
Были и тогда шалуны среди мальчишек, но хулиганить желающих не было: время военного лихолетья тоже было хорошим воспитателем. Если и были, то в стихийно созданном разновозрастном отряде или группе в каждой части улицы находились ребята постарше, которые могли их быстро приструнить. Такими разновозрастными компаниями ходили летом за земляникой, малиной в прилежащие леса, поздней осенью или весной собирали по раскисшей пашне картофельные гнилушки или падалицу на колхозном поле, чтобы мать могла настряпать «задавленников» (лепешек с частью крахмала и толченых семян лебеды, а то и древесной трухи). Бывало, приходилось пожертвовать обувкой, которую раскисшая почва затягивала, как в трясину. За эти вылазки наказывали, если конный сторож примечал смельчаков.
После 6-го класса пути Валентин разошлись.
Судьба уготовила вернувшемуся с войны живым Кокотову Михаилу после Победы отправиться в далекую Эстонию для продолжения военной службы. Жена, Анна Васильевна, с тяжелым чувством согласилась на переезд. Трудно было покидать любимый Ачит, подружек-солдаток, с которыми пришлось пережить тяжелую годину войны, родных, крошечный, но свой угол. Так Валя Кокотова оказалась на чужбине с другим укладом жизни и условиях небольшого западного городка Пярну среди сверстников, говорящих на непонятном языке. Смышленая деревенская девочка быстро втянулась в учебу на новом месте в новых условиях и вскоре стала отличницей класса: знания, полученные в Ачитской школе, не подвели. Постепенно научилась понимать эстонский язык и даже овладела его разговорной формой. К радости ее и старшей сестры Тамары, русских детей тоже было много, это были дети военных, служащих в гарнизоне. Отец Михаил был сторонником образования, а мать, закончившая только один год Ачитской церковно-приходской школы, настаивала: «Учитесь, девки, учитесь, чтобы иметь свой, никем не корённый кусок хлеба!»
После успешного окончания средней школы Валентина решается поступить на иностранный факультет Ленинградского пединститута, конкурс куда был высокий. Для зачисления не хватило только 1 балла, но с мечтой она не рассталась. На следующий год ситуация повторилась: опять не хватило одного балла. В это время старшая сестра Тамара уже училась на медицинском факультете Тартуского университета. Сидеть на шее родителей Валя не желала. В здании пединститута находились так называемые комиссии-зазывалы – это представители тех вновь открываемых учебных заведений, которым нужны были абитуриенты, не прошедшие отборочный конкурс с хорошими проходными баллами.
Среди них была приемная комиссия из Свердловского медучилища (что на ул. Репина). Она решительно сдает документы в это училище и собирается ехать на учебу в Свердловск. Так совпало, что мать, Анна Васильевна, затосковав на чужбине по родному Ачиту, стала уговаривать мужа вернуться домой. Она чувствовала среди гортанной речи эстонок-хозяек в магазине, в общественной бане, на прогулках с младшей дочкой злобные реплики, читаемую откровенную неприязнь, колючие, недобрые взгляды.
Так, в 1955 году после демобилизации Михаила Порфирьевича семья вернулась в Ачит, в крошечную половинку дома на улице Кривозубова, 40 (этот ветхий домик на сегодня снесен, а на его месте построен новый из пеноблоков), но местом жительства семья выбрала колхоз «Заря», куда требовался автомеханик на должность завгара.
Валентина же Шистерова, окончив Ачитскую семилетку, решила поступать в Красноуфимское медицинское училище. Война закончилась, но в уральских деревнях и селах не стало досыта ни хлеба, ни снабжения промышленными товарами. Колхозники продолжали жить в большой нужде. Люди, конечно, радовались окончанию войны с фашистами, радовались вернувшимся с фронта мужчинам, которые заменяли женщин на чисто мужских специальностях, выполняемые в годы войны хрупкими женщинами.
Существующая карточная система снабжения населения позволяла получить только самое необходимое, и не всем, и не сразу: отрез материи или резиновые сапоги, туфли, верхнюю одежду. Да, приходилось добираться до Красноуфимска Валентине пешком, а это не меньше 20 км, но сил хватало у ловкой, проворной девушки на все: и на учебу, и на танцы, и на занятия спортом, и на помощь родителям на сенокосе, и окучивать или копать картошку, пропалывать сорняки.
Студенты сами заготавливали продукты питания для студенческой столовой, и поэтому каждую осень работали на уборке урожая овощей и картофеля.
В учебе ей помогала не только прекрасная память, но и упорство. Она усердно зубрила материалы по медицине, осваивала методику работы медсестры, отличалась сноровистостью и решительностью действий при оказании медицинской помощи больному на практике.
К 18-ти годам она превратилась в привлекательную, статную, высокую девушку с веселым нравом. Уже отслуживший в рядах Советской Армии увидел ее Николай Селиванов, когда приехал в Ачит по вызову ослепшей старенькой матери из Камышлова, где начал работать помощником машиниста после железнодорожного училища и был сражен девушкой-соседкой, как говорят, наповал.
Он был старше Вали на 5 лет, выбор его был серьезным и обдуманным. Предложил Валентине руку и сердце. Ей нужно было еще год учиться, но решительная девушка дала согласие. Так, в 1956 году они вступили в законный брак, и она стала Селивановой. Николай Александрович устроился водителем на «скорую», а Валентина, не только сдала успешно госэкзамены и получила диплом медсестры, но стала мамой их дочки-первенца Татьяны. Раз она была замужней, распределение у нее было свободное.
В 1957 году началась у Валентины Андреевны трудовая деятельность в Ачитской районной больнице медицинской сестрой терапевтического отделения, которому она отдала 30 лет без нареканий от заведующих и больных отделения.
В 1960 году в семье родилась дочь Наталья. Родителей дочери радовали и радуют поныне. Кстати, обе дочки Николая Александровича и Валентины Андреевны пошли по стопам мамы. Получили медицинское образование и трудились по профессии. Татьяна, окончив Свердловский медицинский институт, 30 лет проработала врачом-педиатром в Екатеринбурге. Наталья, отучившись в Свердловском областном медучилище, 42 года — лаборантом по забору анализов в Ачитской ЦРБ.
Валентина Михайловна, после успешного окончания Свердловского медучилища, была распределена на работу в «закрытый» город Свердловск-44. Все складывалось будто бы замечательно, но, бывает, в жизни главную роль играет случай.
Отработав положенный срок, она вдруг увольняется и уезжает к старшей сестре Тамаре, которая работает по распределению после окончания Тартуского вуза в поликлинике города Кивиыли Эстонской ССР врачом-терапевтом. Придет время, и Валентина пожалеет об этом, но это будет потом. Встреча с Федоровичем Николаем Николаевичем, горным инженером по образованию, добрым и порядочным человеком, стала для обоих судьбоносной и счастливой. Вместе они вырастили сыновей: Ростислава, сына мужа от первого брака, и их младшего, Дмитрия.
Работа в поликлинике Кивиыли обязала овладеть эстонским языком, чтобы оказывать квалифицированную медицинскую помощь. Надо сказать, что внимание, милосердное отношение к больному, такт и профессионализм вызывают уважение у людей любой национальности. До выхода на пенсию Валентина Михайловна не получила ни одного нарекания со стороны пациентов и руководства поликлиники. Музыкальный слух и голос позволили ей активно участвовать в художественной самодеятельности, петь в городском хоре. Любимым занятием на досуге Валентина Михайловна называет вязание, с которым не расстается по сей день.
Обе Валентины, ачитенки по рождению, посвятив свою сознательную жизнь служению медицине, не опорочили звания медицинской сестры, сестры милосердия. Они оправдали наказы, нравственные заповеди не только своих родителей, но и своего первого учителя Николая Трифоновича и других наставников.
Они не позволяли себе того, что называется наглостью, хамством, бестактностью, бессердечием. Однако это не оградило их от личных невзгод, трудностей, болезней. И та, и другая схоронили своих любимых мужей — Николаев.
Валентина Михайловна в 2025 году пережила преждевременную смерть младшего сына Дмитрия, осталась одна. У нее из-за политических событий последних лет имеются непреодолимые трудности встретиться с родными из России. Нет возможности приехать на Урал, чтобы пообщаться с родиной, навестить могилы матери и отца. Общение только через телефон и интернет.
Потерю пережила и дочь Валентины Андреевны — Наталья: неизлечимая болезнь унесла ее мужа Владимира Бодунова. Сейчас Наташа забрала маму к себе, окружила ее уходом и заботой, не оставляют без внимания и дочь Татьяна, любимые внучки.
Восхищает в тезках радушное отношение к людям, удивительный интерес к событиям, оптимизм, несгибаемость перед неприятностями и любопытство, кажется, свойственное только молодым. Валентина Андреевна знает о судьбе почти каждого одноклассника, в течение жизни со многими общалась, встречалась, помнит даже даты жизни, места их работы, род деятельности. По ее словам, не так давно она встречалась с Юрием Загвозкиным, который стал летчиком и проживал в Екатеринбурге. Помнит ачитских одноклассников и Валентина Михайловна, с живейшим интересом она изучала пересланное фото своего класса. Воспоминания перенесли их в то далекое время учебы в Ачитской средней школе на 80 лет назад: именно столько лет исполнилось нынче этой памятной фотографии!
Наступивший 2026 год – юбилейный для них год. Этим, симпатичным и сейчас, представительницам целого поколения от всей души желаю с радостью отпраздновать 90-летие и встретить будущий юбилей в такой же ясной памяти и твердом уме! Живите дольше, дорогие Валентины! Пусть Бог и добрые люди вам в этом помогут!
Низкий вам поклон и благодарность за ваш стоический и нелегкий труд медицинской сестры!
Татьяна БАШКИРЦЕВА. Фото предоставлено автором. Подготовила Нина СТАХЕЕВА.
Свежие комментарии